Староста деревни Ворон

[askudashev]

https://ua-katarsis.livejournal.com/2018/06/15/

ua_katarsis

June 15th, 9:44

Не секрет, что после победы в Войне, руководство Страны приняло половинчатую стратегию по т.н. "малым народностям, которые поддержали Гитлера". Я вообще против любых "положительных дискриминаций" по расовому и религиозному признаку. Дезертировал из Красной армии? Расстрел. Записался в каратели?! Расстрел. Как и полагалось по законам "военного времени".
А то, что некоторые "маленькие, но очень гордые народы" резко подсократили свою численность-это их выбор, свободных людей. Победи они вместе с Гитлером нас, они бы не церемонились.
Больше того. Весь советский период было запрещено вспоминать про поведение местных карателей и коллаборационистов, все преступления автоматически записывались на немцев (например, участие Киевского и Буковинского "куренив" в массовых расстрелах в Бабьем Яру).
И сейчас было бы наивностью предполагать, что эрефянское кино пополнится картиной про концлагерь "Красный" под Симферополем. Подонки вроде Михалкова отчетливо понимают, чью историю нужно обливать грязью, а на чью не стоит поднимать хвост.
Но правда все равно пробивается наружу. Пусть даже в то время, когда местному населению (эрефянам и укропам) "5 голов" намного важнее, чем "непонятки" почти столетней давности. И даже война на Донбассе.
Вот слезливый рассказ про "злых русских", "судьбу несчастного татарина", которого "пожалел спасенный им офицер". Почему то, анонимный, без пример.
"В судьбе Рамазана Эмурлаева (на снимке) из крымского села Ворон был ну просто головокружительный поворот. Вот что нам рассказал его внук – наш читатель Энвер Куртиев.
Во время немецкой оккупации Крыма Рамазан-къартбаба (дедушка по-крымскотатарски) был старостой села. Людей на эту должность обычно избирали сами селяне. Старосты были чем-то вроде нынешних сельских голов и занимались, в основном, учётом населения и обеспечением порядка в деревне. Рамазан-къартбаба был ещё и местным муллой, а также возил почту из Симферополя в Ворон. У него было 8 детей.
Однажды в 1942-м году в дом Рамазана-къартбаба забрели два молодых раненых лейтенанта Красной армии. Он пустил их переночевать, перевязал раны и накормил, а утром показал дорогу, ведущую через горы к позициям красноармейцев. Оставлять офицеров надолго Рамазан-къартбаба не мог – к нему, как старосте, часто наведывались немцы.
Наступил 1944-й год, и всю семью дедушки Рамазана депортировали на Урал, а его самого – забрали в НКВД. Несколько лет он провёл в Симферополе под арестом. Однажды Рамазана-къартбаба в очередной раз вызвали на допрос. «Дед, может, вспомнишь, что ты сделал хорошего для советской власти, иначе – расстрел», – предупредил его майор. И тогда Рамазан-къартбаба рассказал о том давнем случае с двумя ранеными лейтенантами. Майор начал уточнять детали и вдруг говорит: «Так это я с другом был у тебя! И 8 детей твоих помню!»
Так Рамазан-къартбаба лишь по счастливой случайности избежал расстрела и вышел на свободу. Он поехал на Урал, разыскал свою семью и перевёз её в Узбекистан – в посёлок Джамбай под Самаркандом. От лишений и переездов Рамазан-къартбаба был истощён и в 1956 году умер от заворота кишок – ему на тот момент было 60 лет…"
А вот сухая выдержка из рапорта, про события в деревне Ворон.
"Командиру партизанских отрядов 2 района
тов. Генову,
Копия — нач.ОО
[особого отдела] штаба
тов. Казакову.
По уточненным агентурным данным 19.1.42 г. в д. Ворон вашего района явились 8 красноармейцев, которые сказали, что они советские парашютисты и 6 дней блуждают в лесах, ничего не ели.
Указанные красноармейцы остановились в д. Ворон в крайнем доме (дом расположен под скалой). Фамилия владельца дома не установлена {…}. Как только красноармейцы зашли в дом этого гражданина и объяснили свое положение, тут же хозяин дома что-то сказал своим девочкам и они ушли. Вскоре дом этого гражданина был окружен местным населением до 300 чел., многие из местных жителей были вооружены винтовками и полуавтоматом. Как только дом был окружен, хозяин дома со своей женой вышли, с уходом их из дома местное население стало обстреливать дом. Красноармейцы, находившиеся в доме, пытались объясниться, но местное население их не слушало и до вечера дом обстреливали. В тот день был убит один красноармеец и один человек из местного населения. Местное население целую ночь не уходило, к утру староста дер. Ворон Кара Нури послал представителей по дер. Ай-Серез, Капсихор, Кутлак и Шелен за помошью. В это время за исключением д. Кутлак немецких войск не оказалось. Немецкий офицер, находившийся со свой группой в Кутлаке сказал: «Что хотите с этими красноармейцами делайте, нам некогда». (16.1 с. г. советским десантом был занят г. Судак).
К утру 20.1 с. г. в д. Ворон собрались из д. Айсерез 14 чел. татар, из д. Шелен 9 чел. татар и из д. Капсихор 12 чел. татар. Когда все собрались вокруг дома, стали обсуждать, каким образом уничтожить этих красноармейцев. Решили разрушить дом, но когда приступили к разрушению дома, то находившиеся красноармейцы в доме открыли ураганный огонь, осаждающие отступили.
После этого по предложению представителя из д. Капсихор — Чандри Усеина (бывший реэмигрант и турецко-подданный) решили дом сжечь, о чем договорились с владельцем дома оплатить ему все расходы обществом. В течение нескольких минут воронские жители приносили из своих домов керосин, бензин, тряпье и сожгли дом. Красноармейцы, борясь героически, отстреливались и сгорели. После того как дом сгорел, староста д. Ворон Кара Нури и другие зашли в дом, при осмотре установили 3 сгоревших трупа и в одном из сундуков нашли 4 трупа {...}» [15]."
Вот такой он был-"добрый дедушка Эмурлаев", заживо сжегший советских десантников.
Поэтому и арестовали его после войны. Видимо, ни один из его односельчан-татар не захотел облегчить душу, признавшись в убийстве наших солдат, и Эмурлаева и его подобных "хиви" выпустили, спокойно доживать свой век.

https://ua-katarsis.livejournal.com/2018/06/15/

Не секрет, что после победы в Войне, руководство Страны приняло половинчатую стратегию по т.н. "малым народностям, которые поддержали Гитлера". Я вообще против любых "положительных дискриминаций" по расовому и религиозному признаку. Дезертировал из Красной армии? Расстрел. Записался в каратели?! Расстрел. Как и полагалось по законам "военного времени".
А то, что некоторые "маленькие, но очень гордые народы" резко подсократили свою численность-это их выбор, свободных людей. Победи они вместе с Гитлером нас, они бы не церемонились.
Больше того. Весь советский период было запрещено вспоминать про поведение местных карателей и коллаборационистов, все преступления автоматически записывались на немцев (например, участие Киевского и Буковинского "куренив" в массовых расстрелах в Бабьем Яру).
И сейчас было бы наивностью предполагать, что эрефянское кино пополнится картиной про концлагерь "Красный" под Симферополем. Подонки вроде Михалкова отчетливо понимают, чью историю нужно обливать грязью, а на чью не стоит поднимать хвост.
Но правда все равно пробивается наружу. Пусть даже в то время, когда местному населению (эрефянам и укропам) "5 голов" намного важнее, чем "непонятки" почти столетней давности. И даже война на Донбассе.
Вот слезливый рассказ про "злых русских", "судьбу несчастного татарина", которого "пожалел спасенный им офицер". Почему то, анонимный, без пример.
"В судьбе Рамазана Эмурлаева (на снимке) из крымского села Ворон был ну просто головокружительный поворот. Вот что нам рассказал его внук – наш читатель Энвер Куртиев.
Во время немецкой оккупации Крыма Рамазан-къартбаба (дедушка по-крымскотатарски) был старостой села. Людей на эту должность обычно избирали сами селяне. Старосты были чем-то вроде нынешних сельских голов и занимались, в основном, учётом населения и обеспечением порядка в деревне. Рамазан-къартбаба был ещё и местным муллой, а также возил почту из Симферополя в Ворон. У него было 8 детей.
Однажды в 1942-м году в дом Рамазана-къартбаба забрели два молодых раненых лейтенанта Красной армии. Он пустил их переночевать, перевязал раны и накормил, а утром показал дорогу, ведущую через горы к позициям красноармейцев. Оставлять офицеров надолго Рамазан-къартбаба не мог – к нему, как старосте, часто наведывались немцы.
Наступил 1944-й год, и всю семью дедушки Рамазана депортировали на Урал, а его самого – забрали в НКВД. Несколько лет он провёл в Симферополе под арестом. Однажды Рамазана-къартбаба в очередной раз вызвали на допрос. «Дед, может, вспомнишь, что ты сделал хорошего для советской власти, иначе – расстрел», – предупредил его майор. И тогда Рамазан-къартбаба рассказал о том давнем случае с двумя ранеными лейтенантами. Майор начал уточнять детали и вдруг говорит: «Так это я с другом был у тебя! И 8 детей твоих помню!»
Так Рамазан-къартбаба лишь по счастливой случайности избежал расстрела и вышел на свободу. Он поехал на Урал, разыскал свою семью и перевёз её в Узбекистан – в посёлок Джамбай под Самаркандом. От лишений и переездов Рамазан-къартбаба был истощён и в 1956 году умер от заворота кишок – ему на тот момент было 60 лет…"
А вот сухая выдержка из рапорта, про события в деревне Ворон.
"Командиру партизанских отрядов 2 района
тов. Генову,
Копия — нач.ОО
[особого отдела] штаба
тов. Казакову.
По уточненным агентурным данным 19.1.42 г. в д. Ворон вашего района явились 8 красноармейцев, которые сказали, что они советские парашютисты и 6 дней блуждают в лесах, ничего не ели.
Указанные красноармейцы остановились в д. Ворон в крайнем доме (дом расположен под скалой). Фамилия владельца дома не установлена {…}. Как только красноармейцы зашли в дом этого гражданина и объяснили свое положение, тут же хозяин дома что-то сказал своим девочкам и они ушли. Вскоре дом этого гражданина был окружен местным населением до 300 чел., многие из местных жителей были вооружены винтовками и полуавтоматом. Как только дом был окружен, хозяин дома со своей женой вышли, с уходом их из дома местное население стало обстреливать дом. Красноармейцы, находившиеся в доме, пытались объясниться, но местное население их не слушало и до вечера дом обстреливали. В тот день был убит один красноармеец и один человек из местного населения. Местное население целую ночь не уходило, к утру староста дер. Ворон Кара Нури послал представителей по дер. Ай-Серез, Капсихор, Кутлак и Шелен за помошью. В это время за исключением д. Кутлак немецких войск не оказалось. Немецкий офицер, находившийся со свой группой в Кутлаке сказал: «Что хотите с этими красноармейцами делайте, нам некогда». (16.1 с. г. советским десантом был занят г. Судак).
К утру 20.1 с. г. в д. Ворон собрались из д. Айсерез 14 чел. татар, из д. Шелен 9 чел. татар и из д. Капсихор 12 чел. татар. Когда все собрались вокруг дома, стали обсуждать, каким образом уничтожить этих красноармейцев. Решили разрушить дом, но когда приступили к разрушению дома, то находившиеся красноармейцы в доме открыли ураганный огонь, осаждающие отступили.
После этого по предложению представителя из д. Капсихор — Чандри Усеина (бывший реэмигрант и турецко-подданный) решили дом сжечь, о чем договорились с владельцем дома оплатить ему все расходы обществом. В течение нескольких минут воронские жители приносили из своих домов керосин, бензин, тряпье и сожгли дом. Красноармейцы, борясь героически, отстреливались и сгорели. После того как дом сгорел, староста д. Ворон Кара Нури и другие зашли в дом, при осмотре установили 3 сгоревших трупа и в одном из сундуков нашли 4 трупа {...}» [15]."
Вот такой он был-"добрый дедушка Эмурлаев", заживо сжегший советских десантников.
Поэтому и арестовали его после войны. Видимо, ни один из его односельчан-татар не захотел облегчить душу, признавшись в убийстве наших солдат, и Эмурлаева и его подобных "хиви" выпустили, спокойно доживать свой век.