http://stringer-news.com/publication.mhtml?Part=48&PubID=43984
30 Ноября 2018
Несколько лет назад в России появился плутовской, но самый настоящий рынок — анонимных telegram-каналов. На этом рынке очень хорошо научилась играть власть: от Кремля до «Роснефти» и семьи Ковальчуков. Мы расскажем, как этот рынок устроен изнутри.
В апреле 2018-го года Роскомнадзор, как мог, пытался заблокировать работу мессенджера Telegram. Будущее сервиса взволновало общественность — в поддержку Telegram писались открытые письма, а граждане массово устанавливали VPN для обхода блокировок.
Не волновались только в Кремле, многие сотрудники которого демонстративно продолжали пользоваться Telegram. У кремлевских чиновников тогда уже были все основания любить этот мессенджер. За месяц до блокировки, 18 марта, прошли выборы президента, которые показали неожиданную лояльность основных каналов русскоязычного Telegram. Даже самый известный политический канал страны «Незыгарь» как будто по кремлевскому темнику весь день публиковал сообщения о высокой явке на выборах. Такая лояльность, конечно, не случилась сама по себе. Она стала результатом большой работы.
Охота на «Незыгаря»
На заре анонимных каналов в Кремле нервничали из-за того, что их не контролируют. В первую очередь это касалось «Незыгаря», его авторов пытались вычислить. Но, разобравшись, что его делают аферисты, чиновники решили сами внедряться в каналы. И нашли на это деньги.
В конце 2016 года сотрудники администрации президента проводили странный эксперимент: делились с журналистами инсайдерской информацией, а потом отслеживали, не появилось ли сказанное ими в одном из анонимных telegram-каналов. Особенно их волновало, не появятся ли слова в «Незыгаре». Таким нехитрым способом чиновники пытались вычислить анонимных авторов канала.
За несколько месяцев до этого те же чиновники пришли работать во внутриполитический блок Кремля (в том году Сергей Кириенко возглавил его вместо Вячеслава Володина) и получили важное задание — готовиться к президентским выборам. Помимо прочего, им нужно было контролировать настроения в интернете. Но чиновники быстро столкнулись с тем, что помимо уже ясных им соцсетей возникла новая мода — на чтение анонимных telegram-каналов. Работать с ними в Кремле тогда не умели и из-за этого нервничали. Каналы набирали сначала по несколько десятков, а потом и сотен тысяч подписчиков.
«Незыгарь»
Шестое место среди политических каналов по просмотрам в октябре 2018
188, 3 тыс. подписчиков.
Медиалогия
Активную часть аудитории telegram-каналов собеседник на рынке, работающий в интересах Кремля, оценивает примерно в 200 тысяч человек.
Возможно, это небольшая, но очень важная аудитория — каналы читает элита (чиновники, интеллигенция и журналисты).
Мода на каналы появилась по очень простой причине — при отсутствии свободных СМИ и закрытости власти возник дефицит информации. Каналы создавали иллюзию, что некие информированные инсайдеры, прячась за никами, рассказывают правду. Самое удивительное, что потребность в «инсайде» была, в первую очередь, у самих чиновников, которые при очередных перестановках в руководстве страны страдали от дефицита информации.
На самом деле никакие инсайдеры за каналами не стояли — в этом быстро разобрались ответственные за выборы кремлевские чиновники. Попытка продемонстрировать информированность была обманом — особенно хорошо это было видно на примере «Незыгаря». Его авторы просто ждали ночи, когда федеральные газеты публиковали свежий номер на сайте, брали инсайды оттуда и печатали их под видом собственной информации, пока большинство читателей не успевали понять, что эксклюзив фактически украден. Еще проще они поступали с аналитикой — брали ее с общедоступных ресурсов, включая блог политолога Татьяны Становой и сайт Московского центра Карнеги.
И тогда Кремль перешел к действиям. На рубеже 2016—2017 гг. администрация президента выделила первые деньги на экспансию в Telegram. Общую сумму собеседники не знают (деньги в итоге стали получать разные структуры), но, по словам одного из близких к Кремлю источников, ответственные за Telegram чиновники просили у руководства Кремля несколько сотен миллионов рублей.
Проба пера на Навальном
Для работы в Telegram Кремль нанял подрядчиков. Ими стали бывшие «Наши» и прокремлевский фонд. Одной из первых задач стала дискредитация Алексея Навального.
В десяти минутах ходьбы от здания администрации президента располагается усадьба Гагариных-Тютчевых. В ее флигеле за общим столом сидят несколько десятков молодых людей во главе с бывшим пресс-секретарем движения «Наши» Кристиной Потупчик.
К помощи бывших «Наших» Кремль решил прибегнуть в самом начале своей работы в Telegram. В администрации президента решили, что проще не заводить свои каналы, а привлечь подрядчиков, то есть людей, которые будут либо ставить нужную информацию в свои каналы, либо смогут «разместить» ее в сторонних каналах. Под такую работу не нужно было никого искать — предложения быстро появлялись сами собой, в том числе от «Наших». Под руководством Потупчик появлялись целые сети — то есть группы каналов, которые писали посты и репостили друг друга, распространяя нужную информацию. К этим каналам собеседники относят «Акитилоп», Ortega и «Полный П». Бывшие «Наши» были причастны и к каналам 338 (Андрей Жариков) и «Медиатехнолог» (Дмитрий Кирьян и Александр Черноудов).
Собеседники в Кремле называют Потупчик одним из основных подрядчиков в Telegram и сейчас. Число ее каналов множилось, а теперь Кремль доверяет ей и более широкую работу — системное реагирование на негатив по отношению к власти в социальных сетях. Именно под новые задачи у нее и появился офис недалеко от Старой площади.
Одними «Нашими» власть не насытилась. В Кремле решили разделить рынок между несколькими крупными игроками. Помимо Потупчик еще одним подрядчиком стал Фонд развития гражданского общества бывшего начальника внутриполитического управления Константина Костина, который поручил непосредственную работу бывшему чиновнику АП Станиславу Апетьяну (имеет отношение к созданию каналов «Методичка», «Минправды»). Один из крупнейших каналов в российском Telegram — «Давыдов. Индекс» — завел и руководитель экспертного совета фонда Леонид Давыдов.
Работа для подрядчиков нашлась быстро. К президентским выборам Кремлю было необходимо «вывести из игры» Алексея Навального. В результате в Telegram стали появляться критические материалы в адрес оппозиционера. Навального нужно было дискредитировать настолько, чтобы президентские выборы без его участия выглядели легитимно, и эта задача была выполнена, удовлетворенно констатирует кремлевский чиновник.
Все на продажу
Работать в Telegram оказалось очень просто — подрядчики получали наличные и платили авторам каналов. Те за деньги соглашались размещать что угодно. А еще внедрять стоп-листы, ставить «блоки» и даже «блоки на блоки».
Главный секрет успеха власти в Telegram заключался в невероятной продажности каналов.
«Если есть бюджет, можно зайти практически в любой канал», — говорит собеседник, размещающий посты для Кремля.
«Проект» проверил эту информацию. Корреспондент списался с администраторами нескольких крупных каналов под видом заказчика постов и получил ответ, что за определенную сумму может разместить желаемую информацию без пометок о рекламном характере материала. Например, в «Незыгаре» согласились разместить абсолютно любую информацию, попросив расплачиваться в биткоинах. За пост свыше ста слов просят 1,5 биткоина (около 630 тыс. рублей на тот момент), за пост меньше — 0,008 биткоина за каждое слово, а пакет из трех публикаций предложили по выгодному тарифу — три биткоина.
Администратор канала «Караульный» предложил платное размещение постов не только у себя, но и сразу в десятке других каналов, например, «Футляре от виолончели», «Медиатехнологе» и «Бойлерной». За пост просили от 30 до 60 тысяч рублей в зависимости от канала (деньги нужно было перевести на карту Сбербанка «стороннего пиарщика»). «Кремлевский мамковед» берет 30 тысяч за пост, а «Дабл Ять» — 50 тыс. Предлагали и удобную схему — разместить в одном из каналов пост, а в остальных организовать репосты, которые стоят дешевле. По отдельной договоренности можно вообще получить «безлимитку» — право размещать сколько угодно постов в месяц.
Telegram-канал Караульный
«Караульный»
19,2 тысяч посещений в день
89,9 тыс. подписчико
tgstat.ru
Благодаря таким предложениям перед кремлевскими посредниками открылись широкие перспективы. Схема проста — они получают бюджет наличными. Речь идет о не самых крупных суммах по меркам кремлевских экспертов — например, один из операторов получает 11 миллионов рублей в месяц. Часть этих денег используется на оплату нужных постов, а часть подрядчик оставляет себе.
Схема работала безотказно. Даже самая глупая информация, оказавшись в крупном канале, получала широкое распространение. И многие СМИ не считали зазорным ссылаться на telegram-каналы. Например, не имевшую отношения к действительности «новость» «Незыгаря» о планах Владимира Путина уже в этом году изменить Конституцию цитировали в эфире «Эха Москвы».
Возможность разместить платный пост — далеко не единственная опция в telegram-каналах. Властям было важно не столько размещать нужную информацию, сколько научиться не допускать появления ненужной. Как это работает, мы вновь увидели на примере переписки с администратором канала «Караульный».
Пока мы предлагали разместить позитивный по отношению к власти материал, никаких проблем не возникало. Но затем мы попытались предложить негативный пост и тут же получили отказ. Чтобы «неприятных» разговоров больше не было, администратор «Караульного» выставил четкие условия: никакого негатива по отношению к членам Совета безопасности (позитивно — можно), вообще нельзя упоминать администрацию президента, Старую площадь, сотрудников Кремля, включая, это отмечалось особо, Сергея Кириенко.
Именно так выглядит действие стоп-листов в Telegram. Их внедряли двумя способами: либо постановкой канала в целом под контроль лояльным подрядчиком, либо покупкой блоков. «Поставить блок» можно на негативное упоминание определенных политиков, людей и событий. Один из подрядчиков рассказывает, что получал от крупного футбольного клуба заказ заблокировать распространение негативной информации об арестованных футболистах Александре Кокорине и Павле Мамаеве. Чтобы негатив никто не заметил, достаточно поставить блок в пяти-шести ведущих каналах, это будет стоить от полутора до шести миллионов рублей в месяц.
Иногда заблокировать негатив в каналах нельзя, но вовсе не потому, что их авторы решили проявить принципиальность. Помощник одного из высокопоставленных чиновников рассказывает, что столкнулся с потоком негатива в адрес начальника и немедленно вышел в каналы с предложением за деньги остановить поток плохих сообщений. Но выяснилось, что их недруги уже установили «блок на блок», то есть заплатили каналам, чтобы они не брали деньги за блок от «пострадавших».
Telegram для друзей Путина
Telegram-каналами заинтересовались и структуры серьезных политических групп. Например, связанные с Юрием Ковальчуком.
Летом этого года в приемной медиаменеджера Арама Габрелянова появился очень молодой человек, которого многие сотрудники редакции не узнали, но сам Габрелянов принял с большим уважением. Молодого человека звали Степан Ковальчук — это сын президента «Национальной медиа группы» Кирилла Ковальчука и внучатый племянник друга Владимира Путина Юрия Ковальчука.
В этот период Габрелянов находился в состоянии «развода» с Ковальчуками. Бывший медиамагнат был совладельцем или управляющим многих СМИ империи Ковальчуков, но затем вышел из доверия. Его отправили в почетную ссылку — на должность редакционного директора Life без реальных полномочий. Единственное, на что рассчитывал Габрелянов, оставить себе свой самый успешный продукт последнего времени — telegram-канал Mash с огромной аудиторией (450 тысяч подписчиков). Однако младший Ковальчук пришел сообщить ему волю своей семьи: Mash из-под управления Габрелянова забирают наравне со всеми остальными СМИ, им теперь будет руководить сам Степан. С тех пор младший Ковальчук действительно стал фактическим начальником канала, хотя формальной должности у него нет.
Mash
Третье место среди всех каналов по просмотрам в октябре 2018
450 тыcяч подписчиков
Медиалогия
Эта история показательна тем, что крупные политические группы также интересуются telegram-каналами. Ковальчуки пришли на рынок с приближением президентских выборов. Сначала всю работу с каналами выполняла близкая им компания «Михайлов и Партнеры» и связанное с ним агентство Agency One. С ними собеседники «Проекта» связывают массовые каналы — например, «Мейстер» (68 тыс. подписчиков) и «Бойлерную» (162 тыс. подписчиков). Многие собеседники «Проекта», близкие к Кремлю, убеждены, что как минимум одно время связанные с Ковальчуками структуры контролировали и «Незыгаря». Впрочем, два человека, близких к их холдингу, уверяют, что это не так, и роль Ковальчуков на рынке сильно преувеличена.
«Роснефть» качает телегу
Компания Игоря Сечина стала активно работать в Telegram, предположительно начав с покупки «Караульного». С этим же каналом связывают и загадочного Николая Чернова — он прикрывается громкими должностями, но на самом деле их не занимает.
Осенью 2017 года писатель Эдуард Багиров и связанная с властями политтехнолог Марина Юденич вели переговоры с пресс-секретарем «Роснефти» и другом Багирова Михаилом Леонтьевым. Они убеждали представителя нефтяной компании заняться Telegram, начав с покупки одного из каналов. Переговоры увенчались успехом — нефтяная компания предположительно выделила 10 миллионов рублей на покупку крупного канала «Караульный», который до того вела группа провластных журналистов и политологов. Технически продать канал очень просто — нужно передать покупателю свою SIM-карту, рассказывает человек, участвовавший в покупке других telegram-каналов. Он, однако, отмечает, что часто из-за необходимости физически отдать SIM-карту переговоры срываются.
«Проект» изучил содержание «Караульного» и выяснил, что негатив о «Роснефти» после предполагаемой покупки исчез из канала.
А нужный «Роснефти» контент в «Караульном» появляется часто.
Когда вице-премьер Дмитрий Козак убеждал нефтяников заморозить цены на бензин, на него началась атака при участии именно этого канала. «Идеи вице-премьера Козака по стабилизации цены на бензин — это отдельный вид смехопанорамы. Козак ни хрена не понимает в ТЭКе, а нефтяники его разводят», — написал канал «Буровая», а «Караульный» сделал репост. Репостил «Караульный» и сообщения о возможной отставке Козака в канале «ТЭК-ТЭК».
Когда мы списались с «Караульным» под видом заказчика и предложили материал о госкомпании, то тут же получили вопрос — будет он негативным или позитивным. Узнав, что материал может быть негативным, администратор сразу отказался от сделки.
С «Караульным» связывают и человека, которого можно назвать типичным персонажем этого плутовского рынка. Речь о некоем Николае Чернове, который предлагал свои услуги в Telegram, представляясь то сотрудником аппарата Совета безопасности, то сотрудником департамента военной контрразведки ФСБ. Этот человек так взволновал некоторые органы власти, что они провели проверку. По ее окончании выяснилось, что Чернов мог проходить обучение в Военном университете Минобороны, а его мать Елена Чернова — первый проректор СПбГУ. Но ни в Совбезе, ни в ФСБ он не работает. Зато у Чернова есть хорошие связи: он дружит и с администраторами «Караульного», и с кремлевскими подрядчиками. Он создал популярный канал «Мышь в овощном», а также имел отношение к каналам 338 и «Опер слил» — все эти каналы часто репостит «Караульный». Поговорить с самим Черновым «Проекту» не удалось — он не ответил на запросы редакции.
Николай Чернов
Официально в «Караульном» свои контакты с властью не опровергают, но уверяют, что у них «постоянно есть критика федеральных и региональных чиновников». «У нас зачастую взгляды на многие вопросы (с кремлевскими чиновниками) сходятся. И мы общаемся. Не регулярно. А когда они расходятся — то никто нам не то что приказать [не может], но и просить не будет», — сообщил администратор канала, когда корреспондент «Проекта» написал ему уже как журналист. Историю о покупке канала «Роснефтью» он опроверг. «Нет, первый раз слышу», — сказал пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев на вопрос о работе нефтяной компании на рынке Telegram и покупке канала.
Поимка «Незыгаря»
Внутриполитический блок Кремля считает, что «Незыгарь» связан с другой «башней» — куратора информационной политики Алексея Громова. Через человека по имени Владислав Клюшин.
Летом и осенью этого года в администрации Хакасии проходили совещания, на которых обсуждалась стратегия проигрывающего губернаторскую кампанию главы региона Виктора Зимина. Вскоре участвовавшие в совещании представители администрации президента стали обращать внимание, что часть информации оказывается в «Незыгаре». Это удивило чиновников, была проведена проверка. Результатом проверки стала записка на имя руководства внутриполитического блока Кремля. В ней говорилось, что многие материалы в «Незыгаре» публикует некий Владислав Клюшин.
На совещаниях в Хакасии Клюшин участвовал как технолог Министерства обороны (глава Минобороны Сергей Шойгу тесно связан с регионом). Но более известен он как владелец компании «М 13» — именно она разработала систему мониторинга СМИ «Катюша», которой пользуются министерство обороны и администрация президента. Эта же компания участвовала в разработке «Сейбы» — измерителя телеаудитории. Продуктами «М 13» пользуются во власти, их туда внедряли первый замглавы администрации президента Алексей Громов, руководство ФСБ и Минобороны, утверждает источник, добавляя, что, к примеру, экспансия «Катюши» была весьма агрессивной — генералы из ФСБ писали в органы власти письма с настоятельной рекомендацией отказаться от использования системы «Медиалогия», так как часть акционеров этой компании «связаны с заграницей». Теми же письмами они призывали к установке «Катюши».
Многие люди в Кремле убеждены, что именно Клюшин и есть держатель «Незыгаря», говорит один из собеседников. Еще один близкий к президентской администрации собеседник утверждает, что Клюшин лишь может размещать там материалы за деньги. В любом случае эта история означает, что подчиненный Громову блок АП, связанный с информационной политикой и силовиками, работает в Telegram.
Человек, участвующий в совещаниях у Громова, рассказывает, что однажды там обсуждали пост «Незыгаря», содержащий ошибочную информацию. «Да это редакция что-то напутала», — якобы спокойно отреагировал Громов. Участники сделали для себя вывод, что первый замглавы кремлевской администрации хотел показать, что контролирует канал.
Клюшин не ответил на вопросы «Проекта», отправленные в Facebook. Не ответил на них и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков.
Карта политических Telegram-каналов
Очередь за WhatsApp
Кремль стал больше интересоваться WhatsApp и Viber, а Telegram становится площадкой для борьбы чиновников друг с другом
После выборов президента назначение Telegram для властей изменилось. Теперь это в основном место войн друг с другом. Как это происходит, хорошо видно на недавнем примере.
В середине ноября каналы, которые собеседники «Проекта» условно относят к сфере влияния Громова, распространили информацию о том, что главе управления внутренней политики Андрею Ярину (подчинен Кириенко) руководство объявило о неполном служебном соответствии за плохие результаты региональных выборов. Источником вброса был канал «Мастер пера», репосты сделали «Пяр во время чумы» и «Незыгарь».
В каналах, которые работают с внутриполитическим блоком Кремля и Ковальчуками, немедленно был организован ответ. «Бойлерная», «Медиатехнолог» и «ИА „Стекломой”» при активной поддержке «Караульного» сообщили, что никаких проблем у Ярина нет и быть не может.
Как средство пропаганды Telegram сейчас меньше занимает кремлевских мыслителей.
Его место заняли два других мессенджера — WhatsApp и Viber. В частности в системе мониторинга СМИ и соцсетей «Призма», которой пользуются Кириенко и все подчиненные ему региональные подразделения, с лета 2018 года появился обзор негативных сообщений о власти в пабликах WhatsApp и Viber.
Что же касается telegram-каналов, близкий к Кремлю собеседник так описал нынешнее отношение к ним: они как подпольные типографии начала XX века — царская охранка какие-то из них контролировала и все время об этом рапортовала, но толку было ноль — революция все равно произошла.
Проект "Проект".
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
